Губернатор на пользу
Таких, как он, называют Self-made man. Это — если по-английски. А по-русски — человек, сделавший себя сам. Редчайший тип личности, так ценимый в любое время, а особенно в очень плодовитую, но, увы, вместившуюся буквально в треть века, эпоху «первого русского капитализма». Для Севера, который с легкой подачи, в том числе и нашего героя, получил определение — «Русский», его немногие, в сущности-то годы, проведенные во главе Архангельской губернии, стали определяющими. Именно 8 лет губернаторства Александра Платоновича Энгельгардта заложили основы географического, экономического, социального и политического доминирования нашего края на вершине земного шара, позволили создать тот инфраструктурный и научный плацдарм, которым мы пользуемся и сегодня, в дни его 180-летия!
Кажется, человеку с таким именем, отчеством и фамилией, носителем самого популярного, притом царского, имени, сына тезки титана Античности Платона и потомка участников Крестовых походов, окончательно и основательно пустившей корни на обильно политой кровью Смоленщине, было суждено стать преобразователем едва ли не самой удаленной и в то же время самой русской, что часто означает, самой сложной, для жизни земле. К слову, швейцарские корни, Энгельгардта роднят его с его младшим современником и еще одним героем нашего недавнего прошлого, многолетнего Архангельского Головы и легендарного фотографа Якова Ивановича Лейцингера, о котором мы рассказывали несколько номеров назад.
Александр Платонович Энгельгардт родился 180 лет назад — 17 (29 по новому стилю) августа 1845 года в Смоленске, в дворянской, но не слишком сановитой семье. Получил образование в Московском университете, после окончания которого вернулся на свою малую родину, где шаг за шагом, поступательно и исправно трудясь то следователем, то мировым судьей, то выборным секретарем дворянского собрания, то секретарем и гласным разных исполнительных органов, всего в 32 года он становится Смоленским городским головой. 13 лет во главе города на Днепре стали мощнейшей школой окончательного формирования личности будущего архангельского губернатора. Важно, что помимо чисто административного функционала и забот о состоянии городской инфраструктуры (а с этим проблем нет — в импровизированное портфолио Энгельгардта можно смело занести и строительство водопровода, и устройство школ, и создание системы земского здравоохранения), он уделял большое внимание и научной, и культурной, и социальной жизни города. Так, при нем в Смоленске был создан историко-археологический музей и городская библиотека, страховое общество и вольная пожарная команда, были возведены первый капитальный мост через Днепр и памятник Михаилу Глинке…
Следующим важным карьерным и жизненным шагом талантливого управленца и яркой личности стало вице-губернаторство в непростой Казанской губернии, где он, помимо административной и хозяйственной работы, занимался еще и научной! Именно тогда он впервые взялся за перо, став автором очерков о крестьянском мире Среднего Поволожья.
При кажущейся внешней гладкости, жизнь Энгельгардта не была простой. Так, будучи совсем молодым человеком, он овдовел, потеряв в железнодорожном происшествии свою горячо любимую супругу Софью Яковлевну, оставившею ему сына. К слову, в дальнейшем, Александр Платонович так никогда и не женился, полностью отдав себя работе. Любопытно, что позднее, уже в Архангельске, привычкам первого губернского лица, никогда публично не появлявшегося с дамами, были вынуждены следовать и местные чиновники — на всех коллективных фотографиях энгельгардтовой эпохи, даже во время пышных застолий, в кадре одни мужчины!
Такая внешняя сухость молодого губернатора, прибывшего в Архангельск после своего назначения летом 1893 года, объясняется не столько отношением к слабому полу, а желанием отделить профессиональную деятельность, служению царю, северной земле и людям, её населяющим, от личной жизни. По воспоминаниям современников, Энгельгардт совсем не был рафинированным зазнайкой, заточенным только на дело, а вполне хлебосольным, искренним и живым человеком.
Любопытен эпизод, описанный самим Александром Платоновичем в путевых записках «Русский Север», увидевших свет в 1897 году. Эта книга, представляющая собой обзор многочисленных поездок и походов по обширным территориям вверенной ему губернии, в том числе и инспекционного плавания на Новую Землю. Как раз тогда этот полярный архипелаг в целях его окончательной колонизации и скажем, русификации, начал активно обживаться: на его восточном берегу в посещаемых ранее только летом становищах были организованы постоянные круглогодичные поселения, в которых проживали десятки семей самоедов (ненцев) под присмотром православных миссионеров. Так, в становище Малые Кармакулы, помимо Никольского скита была устроена и спасательная станция, а также школа для переселенных с материка ненцев, а её посещение поощрялось субсидиями из Петербурга. А вот губернатор лично решал вопрос гендерного баланса — летом 1894 года он привез с собой жениха и невесту брату и сестре, проживавшим в Малых Кармакулах. Причем жениху, впервые увидевшему невесту накануне свадьбы, она понравилась и все быстро сладилось в бракосочетание, где посаженным отцом стал сам губернатор, а его заместители были шаферами. Гораздо привередливее была его сестра, которой жених не угодил по вполне объективной причине: к своим годам он даже не добыл ни одного ошкуя (белого медведя — В.В.), в то время, как её младший 12-летний брат «уже несколько убил». Ни губернаторские уговоры, ни обещание богатого приданного так и не убедили разборчивую самоедку на вступление в брак…
Надо сказать, что это была далеко не единственная, и даже не самая дальняя поездка Энгельгардта! Только за одно лето 1895 года он провел в дороге 55 дней и ночей, а всего за год проехал и прошел десятки тысяч верст! Даже его первое появление в Архангельске было не таким как у всех его предшественников и последователей: после назначения он отправился на север через еще более далекий север: на пароходе из Петербурга по морю, через Норвегию и Мурман, знакомясь по пути с перспективами развития зверобойных и рыбных промыслов по берегам Ледовитого океана! Возможно именно та перспектива, что увидел Энгельгардт в незамерзающих водах, послужила поводом для реализации колоссального по сложности и трудозатратам, но важнейшего с геополитической точки зрения, проекта — строительству большого порта и созданию круглогодичной базы для военно-морского флота. Вторым пунктом, над которым с самого начала трудился Александр Платонович, стало строительство железной дороги, соединившей Беломорье с Россией. Как человек современный, он безусловно стремился к созданию и обширной сети телеграфной связи, объединившей бескрайнюю территорию и способствовавшей её развитию.
Уже в Архангельске, на приеме в честь своего вступления в должность Энгельгардт ставит амбициозную задачу «устроить и улучшить пути сообщения, которые связали бы нас с остальною Россиею, привлекли бы к нам новые силы и капиталы и дали бы возможность вызвать на свет, на пользу края, на пользу всей России его несметные богатства». Позже он напишет: «Все мои заботы, вся моя деятельность, были направлены к тому, чтобы всеми мерами содействовать успешному и скорейшему осуществлению намеченных мероприятий по устройству в губернии рельсовых путей, пароходных сообщений, телеграфов и порта на Мурмане…»
Энгельгардт не только обещал, но и делал! Он был руководителем строительства Московско-Ярославско-Архангельской железной дороги — величайшего частно-государственного проекта, навеки прославившего Савву Мамонтова. Фактически новые дороги (ну хорошо — часто это были направления!) в каждом уезде губернии. В обычную практику вошли пароходные рейсы в далекие Югорский Шар и остров Колгуев, на Печору и по становищам Мурмана. Вместе с дорожной уделялось большое внимание и почтовой связи. В Архангельской губернии было открыто более тридцати почтовых и почтово-телеграфных учреждений, обеспечивающих круглогодичную связь по всей губернии. В частности, был обустроен почтовый тракт Мезень — Печора — Усть-Цильма — Пустозерск, проложены телеграфные линии на Печору и на Мурман. Во всех этих проектах четко видна рука губернатора! Многим из них предшествовала его личная поездка или вообще поход! Свидетельством тому являются снимки, автором многих из которых был уже упоминавшийся нами Яков Лейцингер — с некоторых пор фактически штатный фотограф и спутник Энгельгардта. На одном из них мы видим Александра Платоновича в обычных болотных сапогах и с берданкой за плечом (правда при галстуке и в белоснежной рубашке), вышагивающего во главе пешей процессии где-то в глухих карельских лесах…
При всем многообразии своей основной работы Энгельгардт был не только крупным государственным чиновником, но и пытливым ученым-практиком. Еще в пору своей смоленской жизни он являлся президентом местного общества сельского хозяйства, состоял почетным членом Петербургского и Московского обществ естествознания, антропологии и этнографии, Северного общества ветеринаров, Общества архангельских врачей и Общества судоходства, Саратовского санитарного общества и Общества естествоиспытателей, был действительным членом Императорского географического общества и корреспондентом Главной физической обсерватории. В Архангельске он собрал шикарную библиотеку, которую перед отъездом, передал в местную Публичную, ныне Областную научную имени Н.А. Добролюбова. Состоял в переписке не только с коллегами-чиновниками, но и с учеными, художниками и литераторами. Дружил с адмиралом С.О. Макаровым, горячо поддерживая его инициативу по созданию ледокольного флота, в том числе строительство будущего дедушку ледокольного флота — легендарного «Ермака». Именно Энегельгардт инициировал участие Архангельской губернии на Всемирной выставке в Париже в 1900 году и даже лично отбирал туда экспонаты. Некоторые из них из них позже составят золотой фонд, в частности, природной коллекции Архангельского публичного (сегодня — Областного краеведческого) музея. Значительная часть этих коллекций были собраны при непосредственном участии Энгельгардта во время его бесконечных путешествий по губернии. Широкой поддержкой главы региона пользовались и гидрографические работы, проводимые в полярных морях, по трассе будущего Северного морского пути. Он дружил с морскими чиновниками и учеными, М.Е. Жданко, А.И. Вилькицким и Н.В. Морозовым, участвовал строительстве Мурманской биологической станции. И даже северным буренкам досталось внимание вездесущего губернатора: он активно способствовал улучшению местной холмогорской породы, выделяя ресурсы на закупку голландских быков-производителей! И в тяжелую годину нахлынувшей осенью 1894 года в разгар Маргаритинской ярмарки эпидемии холеры Энгельгардт проявил себя блестяще. Губернатор за счет своего авторитета, смог донести до охваченных паникой горожан, что все под контролем. Его оперативные решения помогли быстро побороть болезнь.
К сожалению, жизнь самого Энгельгардта была достаточно короткой. После отъезда из Архангельска в Саратов, всего через два года, осенью 1903-го он был вынужден отправиться на лечение на родину своих предков в Швейцарию, где вскоре умер. Увы, но его захоронение в Смоленске утрачено. Так же, как не сохранилось и название самой высокой точки города Полярный, бывшего Александровска-на-Мурмане, торжественно открытого Александром Платоновичем 24 июня 1899 года. В 1923-м гора Энгельгардта превратилась в гору Ленина. Зато сохранилась память об его многочисленных делах.
Исследователи биографии Энгельгардта утверждают, что его имя должно стоять в одном ряду с лучшими нашими администраторами-государственниками, такими как С.Ю. Витте (к слову, Почетного гражданина Архангельска) и П.А. Столыпина (предшественником которого во главе Саратовской губернии был Александр Платонович). Он всегда мыслил в масштабах всей страны и рассматривал свою деятельность с точки зрения долгосрочных исторических перспектив. Удивительным образом это сочеталось с практической пользой его современникам — тем, на благо которых он, собственно говоря, и работал.
Много лет спустя местный публицист Константин Тараканов сформулирует про Энгельгардта лаконичное: «однажды Архангельску повезло с губернатором»! В этих словах не только эмоциональная оценка труда замечательного человека и администратора, но и надежда на то, что такое случится снова!
Опубликовано: 7 сентября 2025