Игорь Бутман. О музыке, страсти и Архангельске
Игорь Михайлович, вы много ездите по стране. Какие регионы сегодня можно назвать более джазовыми?
Сейчас джаз активно развивается по всей стране: возникают новые фестивали, новые площадки и культурные центры, а многие джазовые музыканты активно гастролируют по России и везде собирают полные залы. Так что джаз играют и слушают везде! В Архангельске тоже великолепные джазовые традиции. Впервые я приехал в Архангельск в 1983 году вместе с оркестром Олега Лундстрема. Это была одна из первых моих гастрольных поездок. И я был поражен талантом местных музыкантов! Здесь уже тогда играли и традиционную джазовую музыку, и авангард, устраивались джазовые перформансы. Я очень рад, что сейчас замечательный гитарист Тим Дорофеев развил в столице Поморья мощную джазовую деятельность. Он очень много гастролирует, у него замечательные музыканты. Кстати, два года назад именно по дороге в Архангельск мы с Московским джазовым оркестром сыграли благотворительный концерт в небе. Площадкой для нас стал самолёт, следовавший из Москвы в Архангельск. Так что Архангельск ничуть не уступает центральным регионам России — джаз здесь звучит очень громко!
Есть ли понятие «русский джаз» и каков его путь?
На этот вопрос не так просто ответить. Хорошо сказал американский музыкант Уинтон Марсалис, что русский джаз — это когда играют русские музыканты. От себя добавлю, что это джаз с нашими интонациями, которые нам задают Бородин, Рахманинов, Чайковский — мы отталкиваемся от их музыки. Конечно, у нас есть характерные джазовые приемы, импровизации строятся на примерах творчества великих американских, европейских и отечественных мастеров. Поэтому, если брать и анализировать всё подробно, можно найти много того, что принято в западном джазе. Но если мы будем рассматривать Чайковского или Глинку, то и там услышим много придуманного зарубежными мастерами до них, и при этом мы же говорим «русская классика» — там наши интонации, темы, мелодии. У нашего русского джаза свое уникальное лицо. Если зарубежный джаз — это взрывная, зажигательная энергия, то наш — это глубокая, «неистовая» эмоциональность. Та самая русская страсть, которая живет внутри у сдержанных на вид людей и с огромной силой прорывается в музыке.
Какие у вас пожелания для развития культурной жизни в стране?
Самое главное пожелание — чтобы все деятели культуры продолжали свою работу и разрабатывали всё новые и новые проекты. Сейчас очень много оказывается государственной поддержки, очень сильно, например, нас поддерживает Президентский фонд культурных инициатив. Лично мне хотелось бы продолжать развивать нашу «Академию джаза», сделать её «Академией современной музыки», где можно будет получить не только среднее, но и высшее образование. Где мы бы обучали и джазу, и року, и мюзиклу, инструментам эстрадно-симфонического оркестра, которые будут способны играть музыку и эстрадную, и джазовую. Где скрипки и другие инструменты симфонического оркестра звучали бы уже с джазовым уклоном. Конечно, мы хотим обучать продюсеров, звукорежиссеров, чтобы количество профессионалов в нашем деле постоянно росло. Тогда это приведет к тому, что вся неакадемическая музыка будет на том же уровне, что и академическая. У наших академистов есть и Московская консерватория, и РАМ им. Гнесиных, и Санкт-Петербургская консерватория, и консерватория в Казани — целый ряд учебных заведений, где действительно талантливые люди проходят великолепную школу. В эстрадно-джазовой музыке такого обилия нет. Хотелось бы создать сначала первую академию, а потом, конечно, ретранслировать её в других регионах. Это необходимо нам для развития нашей культуры, для того чтобы наше искусство было на очень профессиональном уровне. Тогда мы сможем конкурировать с любыми странами мира.
Кто сегодня слушает джаз? Меняется ли аудитория?
Аудитория джаза расширяется, всё больше людей открывают для себя ритмы джаза, и происходит это благодаря увеличению количества джазовых концертов, фестивалей и светских мероприятий. Сейчас джазовая и академическая музыка интересна не только взрослому поколению, но и молодежи. Мы видим, как много молодых людей приходит на наши фестивали, как много молодежи интересуется джазовой музыкой. Пятый год подряд в рамках Московского джазового фестиваля мы проводим Всероссийский конкурс молодёжных джазовых коллективов, в котором принимают участие музыканты от 16 до 35 лет. И в этом году мы получили рекордное количество заявок — более 2000! И все эти люди влюблены в джаз!
Пишете ли вы музыку для кино?
Я не пишу музыку для кино специально, но, конечно, есть режиссёры, которые используют в своих фильмах мои уже написанные произведения. Однажды мне предложили написать музыку к фильму, но я, прочитав сценарий, не мог понять, что от меня требуется. Поэтому не стал даже пытаться и просто сказал, что мне эта идея не нравится. Если вновь поступит предложение от режиссёров, надо будет посмотреть, о чём фильм, какие герои, характеры, что надо записать, какая должна быть главная тема. Это очень кропотливый процесс, и чтобы написать музыку к кино, нужно быть профессионалом, конечно. В моём джаз-клубе ежегодно проходит кино-музыкальная премия Cinema Jazz Awards, в ходе которой джазовые коллективы представляют на суд профессионального жюри и зрителей оригинальные саундтреки к шедеврам немого кино. Каждый год это поистине уникальное зрелище!
На каких инструментах, кроме саксофона, вы играете?
В детстве мечтал стать барабанщиком, как мой отец.
Но эту мечту воплотил в жизнь мой брат Олег Бутман (смеется). Сейчас, конечно, в основном играю на саксофоне, но иногда могу подобрать что-то на фортепиано, например.
Как вы относитесь к другим музыкальным жанрам?
В основном я слушаю джаз, причём разный: от современных исполнителей, в большинстве своём американских, до джазового мейнстрима. Кроме джаза я слушаю классическую музыку, а иногда и такие группы, как Deep Purple. Всё зависит от настроения!
Как блюз повлиял на современную музыку?
Вся рок-музыка сформировалась из традиций блюза. У блюзовой музыки, вообще, очень большая история. Сначала был архаичный блюз, потом сложилась двенадцатитактовая блюзовая форма, затем она разделилась на блюз как музыкальное направление и на джаз. Блюз стал двигателем импровизации, её главной гармонической, тактовой и мелодической формой. Стали появляться блюзы, которые абсолютно не похожи друг на друга. Многие новаторы меняли гармонии и добивались совсем другого звучания. А есть направления блюза, где, напротив, сохранились архаичные формы. Потом блюз перешёл в рок-н-ролл, рок-н-ролл перешёл в рок, рок перешёл в хэви-метал, а хэви-метал уже подарил какие-то интонации хип-хопу, рэпу и так далее. Но изначально всё это сформировалось из мелодических соединений, которые произошли на стыке нескольких культур: африканской, английской, французской, еврейской, русской — кто только не добавлял в блюзовые формы свои интонации. Так что, конечно, блюз своей довольно простой гармонической формой дал начало огромному количеству новых направлений современной музыки.
Опубликовано: 23 апреля 2026.