Арктика Как я провел эту зиму

беседовала — марина меньшикова

фото — артём келарев, михаил нитишинский, юлия петрова

«На Омегу я пришёл на „Полтиннике“. 23 июня вышли из Архангельска, сходили на Полюс, на обратном пути высадились на Александре», — Игорь Алсуфьев неделю назад вернулся на большую землю из Арктики. До этого восемь месяцев провёл на стационарной круглогодичной полевой базе Омега на острове Земля Александры.
Сленговые «Полтинник» (атомный ледокол «50 лет Победы») и «сходил на Полюс» (побывал на Северном полюсе), которые употребляет участковый государственный инспектор национального парка «Русская Арктика» Игорь Алсуфьев, выдаёт в нем человека бывалого, знающего кухню на одной из самых крупных арктических ООПТ в мире.

Зимовка 2018–2019 годов оказалась для участкового госинспектора самой длительной за время работы в национальном парке. Игорь — один из тех, кто имеет полное право гордиться тем, что прошёл весь путь становления ООПТ — с её первых шагов до наших дней. Он принимал участие в первой полевой экспедиции на север архипелага Новая Земля.

Марина Меньшикова: Игорь, я вместе с тобой и другими сотрудниками парка принимала участие в заброске экспедиции на мыс Желания на научно-исследовательском судне «Иван Петров» в июле 2011 года. Ты помнишь, как это было?

Игорь Алсуфьев: Первая экспедиция на мыс Желания имела целью разведать обстановку. Эта территория стала национальным парком, а раньше там были советская полярная станция и воинская часть, которые оказались покинутыми еще в 90-е годы прошлого века. Достоверных сведений о том, что на этой земле происходит, у нас не было. В составе экспедиции кроме сотрудников парка были также биологи Института проблем экологии и эволюции им. А. Н. Северцова, географы из Петербурга и студенты САФУ имени М. В. Ломоносова. Когда мы подошли к месту высадки, мы увидели белых медведей. Сразу 10 или 11 особей. К такому никто не был готов. Мы знали, что возможно не найдем жилья — в каком состоянии находится бывшая полярная стация, было неизвестно до прибытия на нее, потому участники экспедиции морально настроились жить два месяца в палатках, это не шутка. Но вот встретиться с хищниками, да еще в таком опасном количестве, никто не собирался. Я, вообще, впервые в своей жизни увидел медведя — ни белого, ни бурого до этого не встречал. Не все, кто собирался работать в поле, остались, некоторые ушли на судне обратно, но те, кто остался, в частности сотрудники «Русской Арктики» — мы даже не спрашивали себя, хотим или нет уйти, выбор был сделан еще в Архангельске перед отходом «Ивана Петрова». Кому-то нужно было начинать осваивать эту территорию. В следующий год мы снова вернулись туда и к окончанию второго лета нашу временную базу (одно из зданий бывшей метеостанции) было не узнать, так мы её обустроили и усовершенствовали.

Марина: А ведь после мыса Желания ты стал работать на стационарной базе Омега на Земле Франца-Иосифа и принимал участие в ее строительстве. Сегодня ты участковый инспектор, за которым закреплена эта база.

Игорь: С 2013 года я работаю только на базе Омега. Второй мой дом именно там. Помню хорошо время, когда базу строили, как завозили мебель, делали ремонт. Теперь это двухэтажный уютный дом с хозпостройками, гаражом, баней. Мы на Омеге автономны от мира — в доме стоят системы отопления, водоснабжения, есть интернет, спутниковое телевидение, мы постоянно держим связь с большой землёй. Конечно, зимовать в таких условиях нетрудно. Тем более что команда госинспекторов отбирается тщательно, это всегда крепкие, во всех смыслах положительные ребята. Вместе с коллегами мы выполняем ежедневное патрулирование территории, входим в состав добровольческой дружины, охраняя остров от браконьеров и нарушителей режима.

Земля
Франца-Иосифа

Земля Франца-Иосифа — архипелаг в Северном Ледовитом океане, на севере Европы. Часть полярных владений России.

Земля Франца-Иосифа была открыта австро-венгерской экспедицией под руководством Карла Вейпрехта и Юлиуса Пайера на парусно-паровой шхуне «Адмирал Тегетгофф»

Ю. Пайеру удалось достигнуть 82°5′ с. ш. (в апреле 1874 года) и составить карту этого обширного архипелага, казавшегося первым исследователям состоящим из ряда обширных островов. Австрийские путешественники дали новооткрытой земле имя австро-венгерского императора Франца Иосифа I.

В России как в имперское, так и в советское время поднимался вопрос о переименовании архипелага: сначала в Землю Романовых, а позже, после 1917 года, в Землю Кропоткина либо Землю Нансена, однако эти предложения реализованы не были, и земля по сей день носит своё первоначальное название.

Когда работал на морозе в минус тридцать да при ветре больше 20 м/с, больше всего хотелось погреться в русской баньке. На Омеге стоит превосходная настоящая русская баня. Дрова мы заготовляем здесь, на острове, а вот веники
везём с большой земли

Марина: Наверное, в полярной зимовке есть и особенно приятные моменты и ритуалы?

Игорь: Когда работал на морозе в минус тридцать да при ветре больше 20 м/с, больше всего хотелось погреться в русской баньке. На Омеге стоит превосходная настоящая русская баня. Дрова мы заготовляем здесь, на острове, а вот веники везём с большой земли. Банные дни у нас традиционно проходят по средам и субботам. Это самые любимые дни у полярников. Есть на Омеге и душевые, но их мы используем на крайний случай. Гораздо приятнее после мороза погреться на полке с веничком из березы. А еще мы отмечаем Новый год, день защитника Отечества. В Новый год к нам в гости приходят наши соседи — пограничники. На новогоднем столе всегда есть традиционные оливье и наша собственная выпечка.

Марина: Вы даже пироги печете? А как вы обходитесь длительное время без свежих продуктов?

Игорь: Мы питаемся очень разнообразно. То есть никто не ленится готовить. Супы, второе, компоты, выпечка из хлебопечи — это для нас норма. У нас вообще никто не голодает. Еды много — заморозка, консервы, крупы, шоколад. Логично, что существует проблема со свежей зеленью и фруктами — их невозможно долго хранить. Молочные продукты, яйца, зелень — это то, что очень хочется под конец полярной зимы. Витамины нужны организму. Под конец зимовки мне очень хотелось именно свежей зелени, как раз того, чего не сыскать нигде.

Марина: То есть всё же чувствовалась усталость под конец длительного пребывания в Арктике?

Игорь: Никакой физической усталости не было, а вот морально уже стало тяжеловато. Вернулся в Архангельск, и сразу легче стало. Даже удивительно, но не было ощущения, что выпал из привычного уклада жизни. Очень быстро перестраиваешься на городской ритм. Видимо, не успел одичать еще. Хотя помню случай: летали мы с военными на остров Хейса Земли Франца-Иосифа, зашли к метеорологам. Они там работают несколько лет подряд, на острове кроме двух-трех человек больше никого нет. Так они между собой не общались, в ссоре были как будто бы, а мы прилетели, с нами стали говорить без остановки. И вот вертолёт уже поднимается, а один из метеорологов всё говорит с нами, так изголодался по общению и новым лицам.

Марина: Какая она, полевая база Омега?

Игорь: На Омеге тихо. Там стоит просто звенящая тишина. За окном виднеются ледник и залив. Во дворе гуляет самоед Рина — собака Алексея Молоковского. Она совершенно белая, смахивает на полярного медвежонка. Наш звоночек — если кто-то чужой подходит к базе, она нам сообщает своим лаем. На Омеге очень хорошо и по-домашнему уютно. Пока один готовит кулинарные шедевры, а это именно так, остальные чинят технику или заняты другими хозяйственными делами. Неспешная жизнь в Арктике зимой.

Марина: В таких условиях нет ли соблазна одичать и запустить себя? Всё равно ведь никто не смотрит?

Игорь: А вот и нет. У нас большинство мужчин отращивает бороды, и в процессе тщательно за ними ухаживает. Да и режим дня для нас — это вопрос железной дисциплины. Мы в этом плане строги и к себе, и к товарищам. Дел у нас очень много. Собственно, кто жил в своем доме, тот меня поймет. Это в квартире ты можешь лечь и лежать хоть неделю, ничего не случится, а в доме всё иначе. Если хозяин не будет поддерживать жизнедеятельность дома, ухаживать за ним, всё сразу же развалится. Потому мы ежедневно трудимся и следим за базой. Помимо этого мы выполняем задания, которые получаем от различных отделов национального парка. Так, для научного отдела государственные инспекторы на зимовке ведут учёт встреченных ими представителей арктической фауны. Для отдела экологического просвещения мы часто делаем красивые тематические фотографии, иногда даже снимаем видео ледников, айсбергов, первого солнца, появившегося после полярной ночи. Последнего события ждёшь с волнением и трепетом. Знаешь прекрасно, что в конце февраля солнце покажется, пройдет яркой алой полосой по горизонту. Но всё равно каждый раз волнуешься и переживаешь.

Марина:  Возвращение в цивилизацию много ли занимает времени?

Игорь: Очень быстро — всего два с половиной часа в самолете, и ты уже оказался в Архангельске. То есть два с половиной часа назад ты был ближе к Северному полюсу, чем к дому, а теперь уже стоишь в аэропорту и вокруг тебя шумит поток машин, людей, цивилизация. Если сравнить с водными переходами на судах по Белому и Баренцеву морям, которые занимают и по пять, и по шесть суток, то это просто сказочно быстро. Совсем скоро на острове Земля Александры будет построена новая взлётно-посадочная полоса, тогда и количество рейсов увеличится, и вместимость самолётов, и попадать на территорию нацпарка «Русская Арктика» станет еще проще. +