Интервью

Степан Казарьян: Либо ты с ними, либо с другими

Беседовал — Евгений Тенетов
Фото — Екатерина Чащина

В октябре в архангельске прошел второй фестиваль Arkhangelsk Music Weeks. Частью «Музыкальных недель» был масштабный конкурс молодых исполнителей Arkhangelsk Music Weeks, главной задачей которого было свести талантливых исполнителей с маститыми российскими продюсерами.

Одним из самых важных спикеров стал Степан Казарьян — основатель Moscow Music Week, соорганизатор фестиваля «боль» и создатель Connected Agency.

С ним мы и поговорили о карьере в музыкальной индустрии и о том, можно ли стать успешным, не уезжая из Архангельска.

У нас страна строго вертикально заточена. К столице подтягиваются все регионы. Всё, что рождается у нас (хоть как-то мыслящее, развивающееся), едет в Санкт-Петербург или Москву. Как, не уезжая из провинции, может себя реализовать артист?

Если взять фестивальную историю, то это не всегда крупные города. «Нашествие» и Alfa Future People Festival далеки от Москвы. Они ориентированы даже на большую аудиторию, чем московскую. Молодые артисты сейчас съезжаются не в Москву, а, скорее, в ­Петербург. На это есть экономические обоснования: дешевле жить и проще логистика. Артисту слишком дорого жить и гастролировать на периферии. Из Архангельска, например, куда ни едешь, всегда через Питер или Москву. И это основная причина, почему артисты переезжают. Раньше была такая причина как вдохновение, чтобы быть ближе к культурной тусовке. Но с появлением интернета это уже не так важно. Личные контакты 90% происходят в мессенджерах. Это не полноценные контакты, но молодежь-то наоборот думает. Теперь позвонить — правило дурного тона. Лучше написать.


Есть примеры успешных групп в регионах, которым переезды не понадобились?

Motorama из Ростова-на-Дону добилась большой популярности. Они даже культивируют себя как ростовчане. Я был на их концертах в странах Европы. У них мерч заточен на том, что они из Ростова-на-Дону. И их поклонники из Аргентины знают, что это за город, где он находится и т. д. Они изначально не хотели уезжать. А потом начали пользоваться своим «экзотичным» местоположением.

Или «Деревянные киты», даже переехав в Москву, эксплуатируют место рождения группы: «Мы из Мурманска, мы из Заполярного круга». Это сразу привлекает внимание. Не так много таких групп.

В эпоху интернета переезд необязателен. Другое дело, что есть разные стратегии для групп. Одни хотят ездить в один тур, но большой, с серьезным продакшеном. А есть те, кто играет каждую неделю или месяц, проживая в городе с небольшим населением. Тот же самый город Любляна стал культурной столицей с населением 180 тыс. чел., когда там развивалось движение «Новое славянское искусство». Главное, чтобы была волна. Город Петрозаводск был одно время культурным хабом. Волна групп, прослойка населения. Но эти группы угасли из-за того, что поколение ушло, вот и всё.



Может быть, их недостаточно поддерживали? В провинции кто должен поддерживать молодых музыкантов?

На примере Норвегии можно показать, как негативно происходит этот процесс. В 70-х всё было. Сейчас нет. Государство выбрало самый неправильный способ поддержки. Представьте, вы фермер. У вас растет что-то в плохом климате. Местные власти говорят: мы поддержим. И они приезжают с самосвалом чернозема, высыпают и говорят: «жди», пока вылезут помидоры. В Норвегии власть просто закидала музыкантов деньгами. Но в Норвегии жизнь дорогая и музыканты просто переехали с этими стипендиями жить в другие страны. И культурная жизнь просто умерла в Норвегии.

Но можно же помогать по-другому. Создавать культурные пространства. В нашей стране они не субсидируются. У них много проблем. Площадки сталкиваются с налогами, лицензиями и т. д. Многие бы не продавали даже алкоголь (это единственный способ зарабатывания денег). Деньги со входа — это финансирование артистов. Нет ни одной площадки, которые хотят, чтобы у них напивались. Но что делать, это палка о двух концах.

Государство должно давать не рыбу, а удочку — стимулировать. Облегченное налогообложение, субсидирование. И культурные пространства будут местом притяжения музыкальной и культурной общественности.


В регионах намного больше поддержка, чем в крупных городах. Именно из-за взаимодействия власти и общества


Есть ли на вашей памяти те, кто правильно поддерживает музыкальные группы?

Фестиваль «СКИФ» в Петербурге. Не самые большие деньги тратятся и выделяются. Но при этом это один из лучших фестивалей авангардной музыки в Европе. В Нальчике мэрия выделяет небольшие деньги на фестиваль «Платформа». Ульяновск. Проходит в рамках форума. Шоу-кейс делают качественно. Я забукировал там одного артиста на фестиваль.

Есть и негатив. В Перми — благодаря губернатору, который выкладывал фотки с Лазурного берега, куда отправился, заграбастав деньги с культурных мероприятий. К сожалению, из-за таких примеров очень подозрительное отношение к власти. Потому что считается, что это отличный способ отмывания денег. Так оно, видимо, и было. Эти негативные моменты не должны быть примером. Должны быть тендеры, субсидии, не нужны гигантские суммы. Пусть начинают с малого. Это же деньги налогоплательщиков. А большинству дела нет до этой культуры. У многих даже в топ-10 нет культуры как потребности.


Почему отсутствует диалог между чиновниками культуры и культурными деятелями?

Не всегда. Вот в городе Иваново мэр знает почти все малые группы города. Группа «Вещь» даже выпивает с ним. Или Нальчик — местные молодые музыканты лично говорят с департаментом культуры и мэром. Это правильно, когда у власти есть желание просто общаться. В Ульяновске есть ночной мэр. Он пошел взаимодействовать с губернатором, предложил сделать первую в городе пешеходную улицу. В Екатеринбурге создали инициативу общаться с властью. В Москве и Петербурге это расстояние настолько большое, что никто друг друга не знает.

В регионах намного больше поддержка, чем в крупных городах. Именно из-за взаимодействия власти и общества. Власть должна быть открыта, потому что «другой молодёжи у нас для вас нет». Либо ты с ними, либо с другими. +