Редактор-пост Квазимодо остался без дома

евгений тенетов – о безграничной культуре

Весна встала не с той ноги. Пожар Нотр-Дам де Пари случился 15 апреля сего года. Жуткая трагедия со слезами на глазах. Сравнить это не с чем, да и надо ли искать аналоги — одному из символов мировой культуры нанесен огромный ущерб, что тут еще говорить, какие могут быть дискуссии?

Однако, оказывается, могут, да еще какие. Пожар собора вдруг стал лакмусовой бумажкой, проверкой на отношение, даже к таким, казалось бы, непреложным столпам исторического и культурного наследия. Мнения были высказаны разные, в основном безапелляционно и уверенно. Одно из очень популярных: «Чего нам-то горевать, у нас свои храмы и памятники архитектуры горят по всей стране, вот пусть французы и переживают, а мы будем за свои переживать». Еще некоторые особенно «патриотические» господа добавляли: «Франция — это Запад, а то, что Западу плохо, русскому хорошо».

Про второе высказывание даже и говорить не хочется, а вот про первое я думаю нечто следующее: какие тут могут быть «наши и ваши»? Есть общее историческое наследие мира, а потому пожар церкви в Кондопоге и пожар собора в Париже — это вещи равновеликие, трагедии невосполнимые. Для культуры нет и не может быть границ, политических отношений и сиюминутных капризов того или иного правителя. На фоне 900-летней истории Нотр-Дама это пыль. Когда-то в разгар холодной войны была очень популярна фраза Максима Горького: «С кем вы, мастера культуры?» (это название его статьи-агитки еще 1932 года). Как бы определяется выбор интеллигенции — с нами или с ними. Так вот, выбора этого просто не существует! Мастера культуры могут быть только с культурой и больше ни с кем и ни с чем. Кстати, судьба самого Горького, сделавшего этот абсурдный выбор и ставшего под конец жизни певцом сталинских лагерей, отличное тому доказательство. А что касается наших, российских гниющих памятников и горящих церквей, вот как раз деятельное созидательное отношение к ним и рождается тогда, когда каждый из нас, только узнав о трагедии в Париже, почувствует острую, как штык, боль в сердце.

P. S. Кстати, в этом году исполняется ровно 90 лет, как архангелогородцы собственноручно разрушили свой кафедральный собор, это вам не парижское короткое замыкание. Об этом читайте в номере. +